seo

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » seo » раскрутка сайта


раскрутка сайта

раскрутка сайта

качественная раскрутка групп сайты бесплатной раскрутки групп вк раскрутка новостей раскрутка сайта поиск раскруткас помощью youtube раскрутка продукции раскрутка белгород кейсыпо раскрутке раскрутка сайта львов созданиеи раскрутка группыв контакте Основатели twitter: Эван " Эв " Уильямс – безмятежный, дерзкий доверие фаворит, очень чуткий в вопросах бизнеса. Зачастую конкретно он делал сложный отбор в интересах развития фирмы, увольняя служащих и собственных друзей-соучредителей. Джек Дорси – компьютерный гений, внесший собственный вклад в разработку исходной концепции twitter. Заработал млрд, стал общепризнанным авторитетом в сфере технологий и уверил СМИ в том, что он – новейший Стив Джобс. Кристофер " Биз " Стоун – шутник и политик, со всеми опорный отличные дела. Единственный из основоположников фирмы, кто сберег теплые дела с товарищами и по сей день не нажил суровых противников. Ноа Гласс – робкий, но инициативный чудак, посвятивший всю жизнь twitter лишь для такого, чтоб в результате очутиться выставленным за дверь и вычеркнутым из летописи фирмы. Посвящаю Сандре, Терри, Лианне, Элиссе, их семьям, а втомжедухе Пикселю Предисловие создателя Писатель Джулиан Барнс единожды увидел: " История – это определенность, возникающая в тот момент, когда несовершенство памяти соединяется с неточностями в документах ". Книга, которую вам предстоит прочесть, – результат многочасовых интервью с реальными и былыми сотрудниками компаний twitter и odeo, муниципальными служащими, товарищами и " важными иными " – топ-менеджерами twitter, людьми из соперничающих компаний, а втомжедухе практически со всеми, кто упомянут в тексте. И желая twitter не отдала мне официального разрешения на публикацию, члены совета начальников, а втомжедухе все 4 соучредителя согласились вести за разговором со мною в общей трудности наиболее 65 часов( лишь единицы из упомянутых в книжке персон от интервью отказались). Большинство разговоров записывалось на диктофон из-за точности воссоздания разговоров, но в каждом случае я разумел: этот материал не станет в очевидном облике применен тут. В ходе дискуссий стало светло: наши воспоминания о прошедшем изменяются со порой. Только в редких вариантах двое соучастников соглашались: да, некоторая встреча вправду свершилась, но их представления о месте и времени могли кардинально отличаться. При малейшей способности я пытался регулировать, где и когда произошли действия, применяя приобретенные бумаги и, очевидно, общественные козни. В неких вариантах ничто не выходило – тогда я прикладывал максимум усилий для точнейшего расчета, а в слишком трудных вариантах решил отрешиться от пересказа. В неких эпизодах происходящее перемещается по времени на некотороеколичество месяцев ранее, чем в действительности, чтоб читатель понял общую значимость момента. В базе данной книжки тысяча – и даже наиболее – документов. Я получил или просмотрел их в ходе моего расследования. Среди них электрические письма служащих, презентации с заседаний совета начальников, регистрационные бумаги инвесторов, договоры, рабочие календари, бумаги деловых партнеров, переписка с правительственными организациями, известия в чатах, статьи в газетах, посты в блогах, взыскательно конфиденциальные юридические бумаги twitter и внутренняя переписка фирмы. Я собственно навещал пространство деяния, когда требовалось обрисовать его в мелких деталях. Все внутренние монологи героев и передача их эмоциональных состояний выведены из интервью с ними, а не выдуманы мною. Самые четкие указания на пространство событий предоставляют сайты соц сетей, а не устные рассказы или бумаги. Вместе с ассистентом я прошерстил 10-ки тыщ твитов, фото и видео. Пока я писал, то все четче разумел: несовершенство памяти, о котором уже говорилось, лишь усилилось за крайнее десятилетие. Но сотки тыщ фото, видео и твитов, которыми делились очевидцы событий за эти годы, сохранились постоянными, и они помогли буквально сориентировать время происходящего, обрисовать одежду работающих лиц, темы беседы и расположение соучастников. Герои данной книжки, основавшие twitter, сами такого не ведая, выдумали еще и лекарство, гарантирующее, что деяния эта истинная – за исключением, быть может, неких неточностей. #Начало 4 октября 2010, 10: 43 Офис фирмы twitter – Исчезни, – произнес Эван Уильямс даме, стоявшей в дверном проеме. – Меня вданныймомент вывернет. Она сделала шаг обратно, потянула на себя дверь. По комнате разнеслось эхо железного щелчка, и липкими, дрожащими руками он схватился за черную мусорную корзину, стоявшую в углу. Вот оно какое – его крайнее действие на посту ceo [1] twitter’а: его тошнит в мусорную корзину. Он постоял какое-то время на коленях, потом откинулся обратно и прислонился к стене. За окном на Фолсом-стрит в прохладном октябрьском атмосфере шелестели листья. Визг проезжавших машин смешивался с невнятным гулом дискуссий за дверями. Несколько минут спустя некто сказал его супруге Саре, работавшей там же, в twitter: " С Эвом отвратительно ". Она поспешила в круговой кабинет. Ее шикарные темные вьющиеся волосы чуть-чуть покачивались на ходу. Сара поглядела на часы и поняла: до момента выступления супруга перед тремя сотками служащих twitter осталось 45 минут. Она открыла дверь и вошла в кабинет. В конце коридора сотрудники пиар-отдела еще раз перечитывали пост, который обязан показаться в блоге на сайте фирмы в 11: 40, когда Эв окончит воззвание к фирмы с ошеломительной новостью и передаст новому генеральному начальнику микрофон, а с ним и администрация, какбудто эстафетную палочку. Этот пост перепечатают тыщи СМИ и блогов по всему миру. В нем станет празднично заявлено, что Эван Уильямс, сегодняшний ведущий директор фирмы twitter, общественной козни, за 4 года собственного существования набравшей 165 миллионов зарегистрированных юзеров, посылающих дивные 90 миллионов твитов в день, – так вот, этот самый-самый Эван Уильямс уходит в отставку по личному желанию. Вранье, естественно же. Эв сидел на полу кабинета, держа в объятиях мусорку, и не чувствовал ни малейшего желания говорить эти слова. Сын фермера из Небраски, он как-то приехал в Калифорнию, имея в активе пару чемоданов тряпья секонд-хенд и кредитную карту с десятками тыщ длинна. Только было это 10 лет обратно, а ныне Эв желал сохраниться головой фирмы, основанной при его участии. Но – нереально! И уже не принципиально, что сейчас он миллиардер, что twitter – вся его жизнь. Ему не оставили выбора. Проклятье! Его выпихивает отсюда бесчестный комитет начальников, которых он сам нанимал, и посреди них – типо ближайшие товарищи! Заодно некотороеколичество инвесторов, вложивших средства в компанию. Вошла Сара. Эв поднял глаза. Слюну со свитера он размазал по черной щетине на подбородке. – Как ты? – спросила Сара. – Хреново, – ответил он, не разумея: нездоров он? психует? Или и то и иное сходу?.. В конце коридора чрез двери в основное фойе кабинета были видимы разбросанные по белому журнальному столику ксероксы из газет new yorker, economist, new york times. И всюду – статьи о революциях на Ближнем Востоке: беспорядки, ставшие центром интереса общественности благодаря энергичности twitter и иных соц сетей, привели к падению диктаторских режимов в Тунисе, Египте, Ливии и Йемене, а втомжедухе вызвали массовые акции протеста в Бахрейне, Сирии и Иране. За углом Биз Стоун( еще один из 4 соучредителей twitter) дописывал е-мейл, в котором докладывал сотрудникам о повальном собрании в столовой в 11: 30. Присутствие непременно. Посторонние не допускаются. Никакой " каши ", лишь принципиальные анонсы. Он надавил " выслать ", встал вследствии стола и направился в кабинет Эва, желая подбодрить собственного товарища и шефа – сейчас уже практически былого. Когда Биз пришел, на диване уже сидел Джейсон Голдмэн, управляющий отдела развития продукции twitter и один из немногих союзников Эва в семиместном совете начальников. Биз плюхнулся вблизи. К этому моменту Эв уже тихо попивал воду из бутылочки, невнимательно смотря вдаль. В памяти его мелькала суматоха и сумасшествие крайней недели. качественная раскрутка групп сайты бесплатной раскрутки групп вк раскрутка новостей раскрутка сайта поиск раскруткас помощью youtube раскрутка продукции раскрутка белгород кейсыпо раскрутке раскрутка сайта львов созданиеи раскрутка группыв контакте " Вспомни, как… " [2] – хором затянули Голдмэн и Биз, пытаясь подбодрить Эва, вызвать милые воспоминания. Вспомнить было о чем. Как Эв нервничал и мялся перед миллионами телезрителей " Шоу Опры Уинфри ". Как в сопровождении снайперов и служащих скрытой службы в кабинете возник российский президент, возжелавший выслать собственный первый твит, – как раз в тот момент, когда закончил действовать интернет-сайт. Как Биз и Эв ездили ужинать домой к Элу Гору и, покуда впрошлом вице-президент США уверял их реализовать ему дробь фирмы, напились в хлам. Или как компанию пробовали приобрести: Эштон Катчер – сидя возле личного водоема в Лос-Анджелесе, молоток Цукерберг – во время непонятной разговоры в его скромненьком домике. Или о том, как Канье Уэст, Вилл-ай-эм, Леди Гага, Арнольд Шварценеггер, Джон Маккейн и многочисленное оченьмного остальных звезд и политиков, порою под кайфом или подшофе, являлись( времяотвремени без предостережения) в кабинете и пели песни, читали рэп, молились, высылали твиты, всё стараясь взятьвтолк штуку, на очах менявшую сообщество, и откусить от нее кусок для себя. Эв усмехался, слушая товарищей, изо всех сил пытался не представить тоски и уныния. Существовал кто-то, и вот ему единому, можетбыть, получилось бы развеселить Уильямса. Меж тем этот человек с телефоном, прижатым к уху, мерил шагами соседний кабинет, покачивая лысой башкой. Дик Костоло, эстрадный комик, прежде блиставший на сцене совместно со Стивом Кэреллом и Тиной Фей. Дик Костоло. Именно его Эв " решил попросить " начинать новеньким генеральным начальником twitter – третьим по счету за короткие 4 года существования фирмы. Сказать, чтоб Дика это радовало… нет, быстрее, нет. Он обсуждал с мятежными членами совета начальников любое словечко в посте, который быстро облетит все СМИ, а втомжедухе свою стиль, обращенную к соткам служащих twitter. Следующим ходом будет возвращение Джека Дорси. А Джек тем сутра пробудился в собственных апартаментах в пентхаузе " Минт Плазы ", отлитых из непрерывного бетона, и облачился в рабочий наряд ценою некотороеколичество тыщ баксов: престижная сорочка от dior, черный клубный пиджак и часы rolex. Ничего всеобщего с простецкой футболкой и вязаной темной шапки-бини, какие он носил два года обратно, когда его выставили из twitter! Потом он вышагивал по кабинету в square – основанной им нетакдавно фирмы, занимавшейся мобильными приложениями, практически в нескольких кварталах от строения twitter. И нужно же, комитет начальников сказал Джеку, что сейчас его праздник не состоится. Джек был главным генеральным начальником twitter и еще одним отцом-основателем, холил и лелеял компанию, покуда в 2008 году в ходе борьбы за администрация не вылетел из нее. Конечно, он предвкушал триумфальное возвращение, из-за что и оделся настолько роскошно. Презрение к Эву, былому приятелю и нескончаемому соучредителю, никуда не делось. Надо же, этот подонок ухитрился содрать его запланированное возвращение в twitter! Пусть его удачно сместили с должности ceo, но таккак не уволили – по последней мерке, до поры до времени, – желая вроде бы собирались… Вернемся в кабинет twitter. Эв поднял глаза на часы. До 11: 30 осталось только ничто. Пора. Эв еще не знал, что чрез некотороеколичество месяцев вполне отстранится от работы в twitter. Не знали Биз и Джейсон, что со порой втомжедухе уйдут. Сейчас они двигались вдогон за Эвом по коридору, как все эти годы. Они неговорянислова прошествовали до корпоративной столовой вдоль разноцветных стенок, белоснежных кресел-качалок и смущенных служащих, прятавших глаза. Никто из персонала не знал, что им предстоит услышать от жарко любимого шефа Эвана Уильямса. И никто не догадывался, что фирма, на которую они работают, фирма, изменившая мир, какой-никакой бы значение ни вкладывался в это словосочетание, кардинально изменяется вот вданныймомент, у них на очах. I #Основатели @Эв Велосипедные покрышки шуршали по гравию. Эв разгонялся на пыльной дороге, начиная ежедневную четырехмильную поездку до работы. Оранжевое рассветное солнце Калифорнии освещало в спину, ярко-оранжевые кеды нажимали на педали, Эв несся мимо нескончаемых зеленых и желтых виноградников города Севастополь. Он подъехал к Моррис-стрит. Мимо проносились машинки, формируя сзади себя короткие воздушные волны: они сдували капельки пота, выступившие на лбу после утреннего заезда. В этот момент он любой раз заявлял себе, что когда-либо, совершенно быстро, сумеет позволить себе машинку и забыть о древнем велосипеде, к тому же постороннем. Разумеется, ранее молодой Уильямс даже идеи не дозволял, чтоб в Сан-Франциско, городке его мечты, кто-либо не мог бы купить кар. Недаром, несколькими месяцами раньше переезжая в Калифорнию из Небраски, он намеревался вселиться конкретно тут. На дворе стоял 1997 год, самый-самый разгар " технологического бума " – современной милый лихорадки. Юные ботаники, помешанные на электронике, перебирались в эти края совместно с дизайнерами и программистами. О, задумывались они, тут воплотятся их мечты, таккак, по слухам, в Сан-Франциско, продавая строчки двоичного кода, разрешено разбогатеть скорее, чем торгуя золотыми слитками. И вот он приехал сюда, 25-летний горячий идеалист с порожними карманами, но всё, что отыскал, – это пространство создателя рекламных текстов для фирмы o’reilly media в тихом, умеренном хипповском Севастополе, в 45 милях к северу от Сан-Франциско. На карте, разложенной на столе в маленькой родительской кухне, Севастополь казался еще поближе к столице округа. Эв решил, что в неимение диплома института и хоть каких-либо представлений о том, как пишутся компьютерные программы, у него нет иного выхода: нужно обращаться за эту работу. Шансы устроиться еще где-либо приближались к нулю. К тому же o’reilly выплачивала 4 тыщи в месяц, что сочиняло 48 тыщ в год и обязано было посодействовать прикрыть долг в некотороеколичество 10-ов тыщ баксов, возвратив ссуду за единый год в институте. Также он задумывался, что издательство, публиковавшее пособия по новеньким технологиям, – хорошее пространство для обучения программированию. В результате он поселился на окраине Севастополя, сняв за 600 баксов в месяц каморку над чьим-то гаражом. В севастопольской глуши, где самым отзывчивым собеседником была звенящая пустота, Эву жилось на изумление уютно, какбудто на ферме в Кларксе, в близкий Небраске. В тот день, когда Эв уехал в Калифорнию, народонаселение Кларкса уменьшилось с 374 до 373 человек. Он нередко сиживал за компом в дешевых поношенных джинсах, большой, не по размеру, майке, практически постоянно заляпанной некий пищей, и – по погоде, естественно, – в непонятной шапке. Если у тебя предки крестьяне, то манера одежды изредка делается предметом обсуждения за завтраком, одинаково как и it-стартапы в Сан-Франциско. Его отец Монти Уильямс вообщем не сообразил, длячего Эв отправляется играться в комп в Калифорнию, вместо такого чтоб действовать на домашней ферме. Впрочем, семья постоянно нехорошо понимала Эва. Он числился мечтателем с первых собственных шагов. Ребенком он нередко сидел в поле вблизи с зеленым семейным трактором и глядел в небеса. Скромный паренек, чуравшийся огромных компаний, не постоянно находил совместный язык с людьми, зато почтивсе часы проводил в уединении и задумывался. Потом стал ребенком. Обычаи Кларкса требовали, чтоб он отправился на охоту совместно с папой и братом. Считалось, что хотькакой парнишка со Среднего Запада обязан выучиться палить из ружья и кривизна, разделывать тушу оленя и улавливать окуня или форель в озерах Небраски. А еще следует зависать от южноамериканского футбола. Разумеется, ко всему этому прибавлялся большой пикап. Словом, все элементы южноамериканской мечты. Однако Эв предпочитал клеить у себя в комнате пластмассовые модели или по некотороеколичество часов анализировать велик, а позже так же кропотливо составлять назад. Он живописал рисунки из видеоигр, какие желал бы сотворить, когда подрастет. Оружие, футбол и ловля его совсем не интересовали. Когда Эв вырос и пришло время брать первую машинку, то вместо большого коричневого грузовика он избрал ярко-желтый " БМВ ". Собственные 4 двери и 4 колеса одномоментно сделали его известным в школе. Машина у ребенка на Среднем Западе – все одинаково, что сахар с водой в пустыне. Вскоре он уже подвозил друзей на вечеринки, где начал представляться с девчонками и глотать пивко из красных пластмассовых стаканов. Однако новенькая беззаботная жизнь прервалась в крайнем классе школы после развода родителей. Сельская слава говорила, что его мама запала на новейшего осеменителя. Эва перевезли в иной град, определили в новейшую школу, и он опять замкнулся в темноте и одиночестве. В его голове непрерывно роились какие-то замысловатые бизнес-планы. Большинство из них вытерпели неудача, тем наиболее с обитателями Небраски. Когда на побережье началось скорое формирование интернета, Эву пришла в голову мысль записать видеокассету, объясняющую, что это такое. Затем он все лето провел за рулем собственного желтоватого " бумера ", стараясь уверить местных купцов приобрести запись. Много реализовать ему не получилось. Но когда Эву в голову приходила мысль, он начинал ее упрямо осуществлять, и было легче приостановить вращение Земли, чем отхватить Эвана Уильямса от его затей. После окончания школы он не стал уезжать далековато от дома и поступил в Университет Небраски в Линкольне. Спустя полтора года решил, что институт и доктора зря отнимают у него время. Как-то после обеда он сидел в общежитии и читал. И тут ему попалась на глаза статья о гуру рекламы, жившем и работавшем во Флориде. Дело было в 1992 году. Герой статьи так привлек Эва, что он решил позвонить ему и попроситься на работу. После нескольких разговоров с автоответчиком Эв нечисто выругался и уселся за руль домашнего фургона " Шевроле ". Он проехал более 3-х тыщ км до Ки-Уэста. Как и любой студент, он сидел на мели. За бензин выплачивал карточкой, а дремал в машине. Проснувшись с первыми лучами солнца, устанавливал в кассетную автомагнитолу аудиокнигу, традиционно по бизнесу или маркетингу, и прослушивал ее, неторопливо двигаясь на юг по порожним дорогам. Приехав во Флориду, он постучался в дверь к маркетинговому гуру и попросил брать его на работу. Впечатленный настойчивостью и упорством Эва, тот его тут же нанял. Однако спустя некотороеколичество месяцев Эв удостоверился, что его идол – спец по развешиванию лапши на уши, а не по рекламе, и тут же отмотал пленку обратно: маленькая приостановка в Техасе и обратно, в Небраску. Ну, а уже позже – в Сан-Франциско. Прямота Эва часто сердила людей. Однажды в o’reilly media его попросили сочинить маркетинговый материал к новейшему продукту некоторой фирмы. Эв ответил в электронном письме, обращенном ко всем сотрудникам, что строчить ничто не будет, поэтому что продукт – " совершенное говно ". Подобная резкость не содействовала карьерному росту, благодарячему любой пир он ехал с работы мимо виноградников на взятом вдолг велосипеде и скоро уединялся с бутылкой такого, что мог себе позволить в этот момент. Забравшись на крышу гаража, потягивал доступное пивко в единой комнатенке, где хватало места для матраса, крошечной бурой плиты и главного объекта желания Эва – компа. Именно там он выучился строчить код. Сверчки, его единственные товарищи, собирались кругом гаража и приветствовали стрекотом его успехи в освоении языка, который понимали лишь компьютеры. Со порой он убежал из сонных пригородов северной Калифорнии и устремился на юг, в Пало-Альто, где работал в intel, а позже в hewlett-packard. Он создавал программы для только решетка и медлительно обзаводился товарищами, работавшими в той же области. По выходным ездил на поезде в Сан-Франциско, где новейшие товарищи руководили его на стартап-вечеринки. Соблазны огромного городка равномерно побудили его сбросить недорогую, видавшую виды квартиру в районе mission. Там он познакомился с Мег Хурихэн, инициативной программисткой, разделявшей его вкусы и доэтого только – интерес компьютерами. У них завязался роман. Отношения продлились непродолжительно, но за это время созрело заключение создать общую компанию. Они увлекли с собой группу товарищей и сотворили реальный стартап pyra labs, базировавшийся в квартире Эва. Команда подразумевала отпустить программу, повышающую производительность работы в кабинете. Но, как не раз бывало позже, из pyra случаем подросло что-то наиболее важное. Эв совместно с одним сотрудником сотворил обычный интернет-сайт с внутренней сетью дневников, которая помогала всем в pyra быть в курсе, как продвигается служба. Мег не приглянулся этот посторонний проект, и она, не стыдясь в выражениях, сообщила родное мировоззрение, назвав его еще одной игрушкой Эва. Летом 1999 года она ушла на недельку в отпуск, и Эв тут же выпустил релиз платформы дневников. Он выдумал новое словечко blogger и именовал им платформу. Эв считал: новенькая система позволит людям, не имеющим глубочайших знаний в компьютерах и программировании, формировать сетевые дневники, или " блоги ". Когда blogger заполучил известность посреди компьютерщиков, Мег оценила потенциал идеи, но не потенциал самого Эва. Она считала, что ему недостает навыков управления делом: бумаги скапливались у него на столе, а счета часто оставались неоплаченными. Завязалась маленькая битва за администрация, в ходе которой Мег попробовала брать компанию под собственный контроль, но Эв отказался давать. В конце концов бригада из 5 служащих pyra ушла вдогон за Мег, а Эв остался в одиночестве править компанией, сидя в собственной гостиной. Примерно в те же дни технологический бум перевоплотился в технологический пузырь, который шумно лопнул. Рынок акций оченьбыстро свалился, фирмы, составлявшие рейтинг nasdaq, утратили триллионы виртуальных баксов. Многие функциональные игроки испарились за некотороеколичество месяцев. Работы стало недостаточно, стартапы закрывались. Большинство из приехавших в Кремниевую равнину в поисках имущества уехали оттуда ни с чем. Кто угодно, но лишь не Эв. Он видел потенциал blogger как грядущей собственной онлайн-газеты, где любой мог новости свой блог. И затворничество его сейчас поразительно различалось от одиночества во время учебы в институте: сейчас он был основоположником новейшего городка blogger с популяцией в 10-ки тыщ человек, и его связывала с миром сотка блогов. Его свой блог evhead – метод знакомства с иными людьми. В те дни он километрами, часто по 14–16 часов в день, писал код, расширяя способности blogger и дополняя сервис новыми функциями. По ночам писал об электронной музыке, нетакдавно увиденных фильмах, проблемах с налоговой службой. Когда луна достигала высшей точки, крайний раз просматривал блоги, хотел спокойной ночи всем, кто сидел в Сети, сворачивался калачиком на кушетке и засыпал в окружении коробок с пиццей недельной давности и пустых бутылок из-под соков snapple. Ни товарищей, ни служащих, ни средств. Только Сеть и он. Вскоре Эв понял: ежели дать микрофон довольно крупному численности людей, то кто-либо непременно прокричит что-то обидное для иного. В blogger жалобы лились рекой. Людей раздражали блоги политические и верующие, блоги нацистов, блоги, где встречались слова " ниггер ", " жид ", " тормоз ". Эв разумел, что смотреть за всеми постами на сайте нереально, и, как правило, придерживался политики " всё позволительно ". По мерке такого как blogger и художество ведения блогов проникали в повседневную жизнь, Эв получал всё более средств – реклама и пожертвования от юзеров интернет-сайта. Постепенно сумел нанять маленькую команду программистов. В 2002 году все переехали в крошечный кабинет, сброшенный за 400 баксов в месяц, – со стороны ни отдать ни брать кабинет старенького детектива, 4 на 4 метра. Темно и влажно. Из 3-х маленьких белоснежных настенных часов одни давно встали и выглядели так, какбудто элементарно уснули: рука-стрелка покороче примостилась на семерке, а длинная застыла возле 10-ки. К тому моменту в blogger жили блоги возле миллиона человек со только решетка, и содержалось в нем приблизительно 90 миллионов постов. Для 2002 года и то и иное – большие числа. Не скажешь, какбудто всем этим элементарно править. Вскоре стало разумеется, что для решения всех сопутствующих заморочек Эву требуется офис-менеджер, который бы смотрел за счетами и отвечал за поток жалоб на содержание интернет-сайта. Тогда он нанял Джейсона Голдмэна, лысеющего 26-летнего былого студента-астрофизика. Голдмэн кинул Принстон из-за обетованной технологической земли, а сейчас был готов действовать на стесненный в средствах стартап за 20 баксов в час. Джейсон Голдмэн, высочайший жилистый юноша с яйцеобразной башкой, в те эпохи так же ненавидел манера, как и Эв, нередко возникал в широченных рубашках и длиннющих даже для него брюках. Он был не главным Джейсоном у Эвана( на тот момент стартап включал 6 человек). Даже не вторым – третьим. Не желая, чтоб после обращения по имени к нему поворачивались три головы разом, Эв перешел на фамилии – Саттер, Шеллен и Голдмэн. – Голдмэн! – нескромно пролаял Саттер в один из первых рабочих дней. – Тебе будетнеобходимо ответствовать за переписку с покупателями. – Что это? – спросил Голдмэн в замешательстве, уставившись на него через очки. – И что ты скалишься? – Скоро поймешь. Это адрес электронной почты, который мы применяем на сайте, чтоб люди пожаловались на посторонние блоги. Легкие смешки раздавались по всей комнате, покуда Саттер демонстрировал Голдмэну, как испытывать почтовый ящик. – Начни вот с этого, – произнес он, тыкая пальцем в монитор. Голдмэн кликнул на письмо. В нем была апелляция от дамы со Среднего Запада, обнаружившей блог, который, по ее понятию, следует немедленно прикрыть. Он кликнул на ссылку, и экран тут же заполнился анимированной картинкой: нагие мужчины совокупляются на батуте. Красотища. – Ёжкин дрын, и что мне с эт-тим делать? – спросил Голдмэн, стеснительно хихикнув под ржание всех других. Он искоса глядел на монитор, сидя вполоборота к компьютеру, и напрягался взятьвтолк, чем там занимаются мужчины и кому имеютвсешансы быть увлекательны настолько странноватые изображения. – Ничего, – ответил Эв. " Нажал – опубликовал ". Правило blogger. Имеется в виду, что любой может издать всё, что желает. По всей комнате стояли немытые кружки, и вездесущие карие кофейные пятна от них какбудто являли собой доказательство кодекса blogger: " надавил – опубликовал ". И Эв был радикально настроен сберечь этот принцип. В некий момент шотландская угледобывающая фирма грозила: ежели blogger не уберет профсоюзный блог, где показывались все случаи преступлений на угольной шахте, она подаст в суд. Эв не подумал ничто прибирать. Он выбрал бы прикрыть компанию, но не давать корпоративному давлению. И равномерно угольщики сдались. Развитие блогов оказало внезапное действие на Эва. Компания росла синхронно с иными сервисами блогов, об Уильямсе стали все почаще строчить в бизнес-прессе, посвященной новеньким технологиям, и он начал приобретать некую известность в Кремниевой равнине. Эпоха одиноких вечеров с компом на диване подошла к концу, началась собственная жизнь. Как и в те прежние школьные дни, когда он лишь что прикупил машинку, Эв стал колесить на вечеринки в окружении, представляться с девушками и глотать пивко из красных пластмассовых стаканов. За пределами равнины не веровали в непонятную затею с блогами. Одни именовали ее " глупой " и " детской ", остальные недоумевали, длячего кому-то необходимо говорить о себе всему миру. Но Эва это не смущало. Он был радикально настроен на рост blogger и желал отдать вероятность всем юзерам компа издавать всё, что те захотят. Разорвать оковы издательского решетка. Разорвать оковы решетка в целом. Одной строкой кода и в один миг. качественная раскрутка групп сайты бесплатной раскрутки групп вк раскрутка новостей раскрутка сайта поиск раскруткас помощью youtube раскрутка продукции раскрутка белгород кейсыпо раскрутке раскрутка сайта львов созданиеи раскрутка группыв контакте fgdgfgdfgdfg

Вы здесь » seo » раскрутка сайта